Ранние осенние листья кружили голову. Михаил шёл, не разбирая дороги. Ветер назойливо нашёптывал ушедшие жизненные реалии: то вызывая картины прошлых счастливых воспоминаний, то сворачивал их в жёсткий жгут.
Михаила два года назад бросила жена, обвиняя его в маленькой зарплате, отсутствии перспективного роста по ступеням карьерной лесницы, а также в неуживчивом характере.
Потерялось всё, о чём когда-то мечталось, будущее провалилось в пропасть…
Он сел на скамейку. Неожиданно к нему подсела удивительно симпатичная девушка. Она внимательно посмотрела на него и спросила, как он себя чувствует?
Михаил вздрогнул и подумал, что он, видимо, выглядит очень плохо, раз прохожие обращают на него внимание. Поэтому ему пришлось ответить: «Большое спасибо, всё нормально». Но девушка не поверила ему, и задала ещё несколько общих вопросов. Его тронула её мягкость голоса и какая-то, проникающая в сердце душевность.
Ей было лет двадцать и для неё, тридцатилетний прохожий мог показаться пожилым мужчиной. Он не придал значения этому мимолётному знакомству… Начал накрапывать мелкий осенний дождик и они, попрощавшись, расстались.
Михаила ничто не радовало: ни друзья, ни работа в прокуратуре, хотя не так давно его повысили до старшего следователя. Служба Михаилу нравилась: особенно то, что в его руках оказывались людские судьбы, за которые он был в ответе. Его знание своей работы, принципиальность, с которой он доказывал, зная невиновность честного человека, порой, не нравилась начальству. Он «докапывался» до мельчайших подробностей обвинительных дел, из-за чего сроки их закрытия нарушались.
Шёл конец 1937 года.
Михаил побрёл домой, не обращая внимания на лужи. Его мучала судьба молодого человека, которого по анонимному доносу арестовали два месяца назад. «Зацепок» для его оправдания было мало, но Михаил решил бороться за парня до конца.
Часто, когда он проходил мимо этой скамейки, где встретил ту девушку, вспоминал о ней, но никаких фантазий в душе не возникало.
Сегодня должен состояться последний «бой» за парня. Доказательный разговор с начальством был долгим. Его самого начали обвинять не в полной доказательности невиновности арестованного. В конце концов, Михаил оказался победителем. Все согласились с его доводами и освободили парня из-под стражи. Это была одна из его побед.
Михаил, воодушевлённый своим поступком, не заметил, как подошёл к знакомой скамейке, надеясь увидеть свою мимолётную знакомую.
День клонился к вечеру, и конторские служащие спешили домой. Михаил внимательно смотрел на молодых девушек и вдруг– она сама подошла к нему. От неожиданности он растерялся. Девушка подсела к нему, и «прожурчала» тоненьким голоском: «Сегодня у Вас хорошее настроение?». Она протянула ему руку и сказала: «Меня зовут Стефа, а Вас?». Меня – «Михаил Аверьянович».
Он в общих чертах рассказал о своей службе в прокуратуре, а она – о работе профессиональной машинисткой в пожарной охране. Михаил попросил её проводить, и она радостно согласилась, взяв его под руку…
После этой встречи Михаил оттаял душой. Тяжёлые мысли стали постепенно исчезать. От Стефы исходила обволакивающая нежность, которую он не встречал у знакомых ему женщин. Кроме этого, она с большим интересом относилась к его работе, и с нею он не чувствовал себя старшим на десяток лет. Она часто называла его: то Мишуткой, то, смеясь, Михал Аверьянвичем, и это ему очень нравилось.
Михаил так привязался к Стефе, что она стала его второй половиной. Правда, он опасался «идти» дальше с нею в серьёзных отношениях, боясь, отказа. Но, когда после конфильма о какой-то любовной истории, она долго молчала, потом дрожащим голосом, в темноте осеней ночи, произнесла: «Михаил Аверьянович, будьте моим мужем…».
Родители Стефы были обрадованы, что любовь их дочери совпала с выбором мужа, достойного во всех отношениях, но, и вместе с тем, служащим в госорганах. Самое удивительное другое, что до свадьбы и до неё никто не слышал от влюблённых слова «любовь».
Первое время семейного счастья взаимоотношения у супругов были не совсем радужными, но Стефа проявила не только молодую хозяйственность, но и врождённую деревенскую хватку. В её характере были жизнерадостность и железная логика.
К высокой карьерной должности Михаил не стремился. Ему, как крестьянскому сыну, всегда были близки люди из простого народа по обычаям, воспитанию, культуре и самое главное – по простоте общения и честности. Поэтому, когда его из больших городов переводили в районные центры, он был этому рад.
Детей у них не было и переезды на другое место службы для семьи из двух взрослых людей были не сложными. Квартирами их обеспечивали, работу давали, а их общительность и внимание к людям быстро находили друзей и соратников.
На новом месте они, как правило, обзаводились небольшим хозяйством, которое давало в жизни некоторую материальную поддержку. Стефа всегда находила любую работу, не заботясь о её значимости. Среднее образование, природный народный талант и желание делать что-то полезное, как она говорила, для страны, поддерживал муж.
Занимая такие ответственные должности, Михаил не мог не быть членом партии и искренне относился к её государственной линии, несмотря на некоторые «перегибы» некоторых сотрудников прокуратуры. Своей непримиримой принципиальностью он часто наживал неприятности среди своих противников, готовивших его к отставке. Но твёрдость характера Михаила, уверенность в своей правоте, профессионализм часто побеждали.
Стефа была настолько красива, что не заметить этого было нельзя. Вначале Михаил часто её ревновал, но она для других мужчин становилась каменной стеной, через которую невозможно не пройти, не перелезть.
Она не представляла своей жизни без Михаила. Один её обезволенный шёпот уносил его вместе с нею в космос, где они были одни, бродили среди звёзд в бездонной ночи и так не хотели возвращаться в утро. Наслаждение друг другом превращалось в не рассказанную никому тайную сказку…
Но война внесла свои правила в жизнь. В первые дни войны Михаила Аверьяновича призвали в армию, а Стефа уехала жить к матери недалеко от фронта. Там она устроилась в военный госпиталь медицинской сестрой.
Редкие письма друг к другу поддерживали дух обоих. Вера в Победу была у них в крови и не давала расслабиться. И вот она – Победа.
Они не могли оторваться друг от друга, как будто впервые встретились. Кто их видел в то время, почувствовал, что вместе с Победой вернулась несокрушимая обстоятельствами Любовь.
Михаила, как опытного следователя, прошедшего всю войну, служившего в СМЕРШЕ и знающего белорусский язык, направили в прокуратуру, находящуюся недалеко от границы с Украиной. Основной задачей службы в этот период ставилась: вылавливать оставшихся в лесах предателей, бандитов, пособников фашистов в борьбе с партизанами.
Время было не простое…
Хотя война закончилась, семья постоянно находилась наготове к любым неожиданностям. Михаила наградили именным наганом, с которым он никогда не расставался. Он, на всякий случай, научил владеть им Стефу. Она даже шутила, что стала Мишиным ординарцем и старалась, по возможности, чаще бывать рядом с ним. А если ему предстояла ближняя командировка, то Стефа напрашивалась ехать вместе с ним, как бы по домашним делам.
Женское сердце и её интуиция Стефу никогда не подводили…
В один из выходных дней, которых у прокурора никогда не было, Михаил должен был поехать по работе в деревню рядом с райцентром. Стефа тоже засобиралась ехать вместе с ним. Но Михаил посоветовал остаться ей дома, потому что там дело было не простое и он, возможно, задержится.
Но, когда прокурорская бричка остановилась возле крыльца, Стефа села в неё без спроса. Михаил с укором посмотрел на жену и хотел возразить, но она ласково ответила: «Так надо…».
Был октябрь, вечерело. Михаил в условленное место не появился. Примерно через час, Стефа увидела, что он вышел из соседнего дома и быстро подошёл к бричке, в которой ждала его Стефа. Несколько расстроено он чертыхнулся, и больно стеганул вожжами жеребца. Тот, почти галопом, помчался домой. Стефа ничего не спрашивала и только взволновано смотрела на Михаила.
Дорога шла через небольшую заросшую рощу. Вдруг оттуда раздались два выстрела. Михаил выхватил наган, несколько раз выстрелил в кусты и погнал жеребца, как ошпаренного. Через несколько метров он почувствовал, что Стефа прильнула к нему и упала ему на колени. Он обнял её, и по его руке потекло что-то тёплое. Михаил понял, что она ранена. Он погнал бричку к районной больнице. Остановив её у входа, ухватил Стефу на руки и бегом понёс внутрь.
Врачи увидели, что пуля из обреза пробила лёгкое и застряла в нём.
Две недели жизнь Стефы колыхалась между жизнью и смертью. В это время Михаил плакал, молился и просил Бога сохранить жене жизнь. Он совсем источился физически и морально, и походил на свою тень.
Стефа выжила. Какое это было счастье для них обоих. Они словно народились заново. Две души вошли друг в друга навечно.
Эта божественная любовь светила им, как солнце.
Прошло время…
У Стефы в лёгком, на месте ранения, отравленной пулей, образовалась туберкулёзная каверна. Приговор был неминуем. Кроме всего, для деятельного человека безработица, вычеркнутость из общества были тоже смерти подобны.
Михаил, как стойкий воин, не смирился с медицинским приговором. Многих приговорённых к смерти, он своим упорством и верой в их невиновность, спас от гибели.
Несколько лет он искал у травников, знахарей народные спасительные рецепты. Он нашёл их: ими он не только вылечил Стефу, но и сам не подхватил эту страшную заразу.
Годы шли…
В любви друг к другу они не замечали, что старость потихоньку их настигала: дела не давали грустить, размышлять о смысле жизни. Михаила наградили знаком 50 лет пребывания в КПСС, другими почетными званиями, но супруги всё ещё оставались в душе и духе молодыми благодаря неизменной космической и Божественной любви.
Михаилу было всего девяносто, а Стефе – всего восемьдесят!
Они вместе ушли в один день в небеса, завещав навсегда нам ТАКУЮ ЛЮБОВЬ.