***
Впорхнула песнею залётной
И долго стряхивала снег
С весёлой шапочки зелёной.
У шапочки – зелёный смех.
Затем привычно и державно –
Как пережить мне миг такой! –
В послушной пряди задержалась
Своей волшебною рукой.
И я всё силюсь что есть мочи,
Чтоб не сойти с ума, когда
Серёжкой звонкою на мочке
Искрится капелька-звезда.
Влетай же, зимняя пичуга!
С тобой – цветные голоса.
Ты – тополиный пух, ты – чудо.
У чуда – синие глаза...
ЧУЖЕЗЕМЕЦ
…А машины
Рванули,
Как гончие псы, -
Светофор
И моргнуть не успел…
В этом городе нет
Ни травы, ни росы, -
Пахнет ржавою жестью
Капель.
Здесь все ночи –
В неонах,
Здесь ветер упруг,
Беготня –
С незапамятных пор;
Только мамонты зданий
Пасутся вокруг, -
Одинаковые,
На подбор.
Здесь рассвет –
Не рассвет,
Здесь закат –
Не закат,
Все напичкано здесь
Суетой;
Все куда-то бегут,
Все куда-то спешат, -
В этой спешке –
Болотный застой.
Несусветная чушь:
Взбеленились часы.
Циферблат
Подозрительно бел…
…А машины рванули,
Как гончие псы, -
Светофор
И моргнуть
Не успел…
ОЗАРЕНИЕ
Если я напрягу свои силы –
Все без остатка –
Если я закричу, что есть мочи,
Чтобы крик мой пробился
Сквозь толщу веков и эпох, -
Я охрипну, но я не сумею
Перекрыть своим голосом эхо
Глухо тикающих часов.
Время
Прядет
Свою пряжу.
Если я напрягу свою волю –
Всю без остатка –
Если я расшибусь в лепешку,
Чтобы вычеркнуть, выскоблить, вырезать
Из истории несколько дат,
Самых жутких и самых постыдных, -
Я скорее всего надорвусь,
Но не сделаю так,
Чтобы счетчик столетий
Завертелся в обратную сторону.
Время
Прядет
Свою пряжу.
Если я перепрыгну
Через себя самого,
Если я дотянусь
До пределов своих возможностей,
Чтобы помочь грядущему
Пересесть на другого коня
И умчаться подальше от войн,
Геноцидов и прочих болезней, -
Все равно я не сделаю так,
Чтобы в каждой неделе
Было по три воскресенья
И ни одного понедельника.
Время
Прядет
Свою пряжу.
Если я напрягу свои мышцы –
До дрожи и до зубовного скрежета –
Если стану высаживать двери
Тесно комнаты наших устоев,
Чтобы вылечить нашу планету, -
Все равно я один не осилю
Равнодушия сытых людей.
Ну чего я добьюсь? –
Я не буду ни слышать, ни видеть,
Как время прядет свою пряжу.
Ты нужен –
Ты слышишь? –
Ты нужен!
Ты больше чем нужен мне,
Брат мой.
***
Когда заблужусь, как в трех соснах, в бедламе
Людских отношений – разлад и разброд –
То солнце, высокое солнце над нами
Порядок в сумятице чувств наведет.
Когда я устану метаться меж истин
Дремучих – попробуй-ка их сокруши! –
То синее, синее небо, как пристань,
Покой принесет мирозданью души.
И если увязну в истоме застойной
И в узел затянется поиск, как жгут,
То звезды, глазастые звезды спокойно
В движенье стремленья мои приведут.
В густеющем мраке – тяжелая роздымь,
И воздуха нет, и не выпрямить грудь...
Но солнце, высокое небо и звезды
Укажут единственно правильный путь.
***
Я забыл свою песню –
Я вспомню, я вспомню ее.
Я найду ее в смехе
Апрельской альпийской фиалки.
Мне без песни моей
Моя жизнь – черновик и сырье,
И душа моя в черном –
Совсем как немая весталка.
Но пробьет ее час –
И воспрянет, воскреснет она;
И забрезжит в ней свет,
И забьет в ней ключом ликованье.
И закончится ночь,
Эта долгая спячка без сна,
И я вновь помирюсь
С чудодейственными словами.
Я забыл свою песню –
Дремотная цепь тяжела!
Я смертельно устал
В этой спячке своей беспробудной.
Замени наказанье, о Боже,
Была не была.
Нет страшнее удела,
Чем тлеть, словно уголь, подспудно.
Я забыл свою песню –
Ну как без нее мне теперь?
Нет для боли моей
Ни отдушины, ни утешенья.
Да, я знаю, я знаю,
Что жизнь не прожить без потерь,
Но для бед и невзгод
Не хочу быть живою мишенью.
Мне без песни моей
Моя жизнь – черновик и сырье,
И душа моя в черном –
Совсем как немая весталка.
Я забыл свою песню –
Я вспомню, я вспомню ее.
Я найду ее в плаче
Продрогшей альпийской фиалки.
***
Я прощаю вам все,
Лишь себе ничего не прощаю.
Я сегодня прозрел:
Я не буду поддакивать вам.
Я рассорился с песней своей,
Я сдружился с вещами...
Я пустым засыпаю,
Разбитым встаю по утрам.
Я прощаю вам все:
Умиляйтесь богемой уюта.
Продавайте цветы
И гордитесь своей правотой.
Для меня вдохновенье –
Мое сокровенное чудо.
Я сдираю с себя
Эту липкую лень и застой.
Я завидовал вам –
Ведь ничто вам не станет помехой.
Все в порядке у вас –
Лишь потом обнаружилась течь.
Ваше счастье – без песен,
Ваш смех – имитация смеха...
Только цепкостью вашей
Меня вы сумели увлечь.
Я вращался средь вас,
Изнывая от вашего шума.
Был отравой ваш воздух,
Отравою были слова...
Я стремленья свои
Променял на жаргон толстосумов;
Я растратил мечты,
И не стало во мне божества.
Я рассорился с песней своей,
Я сдружился с вещами...
Я пустым засыпаю,
Разбитым встаю по утрам.
Я прощаю вам все,
Лишь себе ничего не прощаю.
Я сегодня прозрел:
Я не буду поддакивать вам.
***
Во мне живет печаль,
Ей десять тысяч лет.
Сорви с себя вуаль –
В запретах прока нет.
С трибуны льется ложь,
Как патока сладка,
И правит миром вождь –
Железная рука.
Как зернышку взойти
Средь терний и плевел?
Разобраны пути –
Закон заплесневел.
Во избежанье бед
Разбиты зеркала.
Куда уходит след
Страны, что здесь была?
Все, что приходит вдруг, -
Уходит, словно бриз.
Ты враг мне или друг –
Попробуй разберись.
Приобретенный враг –
Почти что старый друг.
...Еще один дурак
Стал доктором наук...
ЭТО ВСЕ, ЧТО Я ПОМНЮ
Как сытый кот, у ног урчало море,
И волны чинно шлепались в песок...
Мохнатый мыс шаманил богомольно,
Косясь и озираясь на восток.
Огни Приморска – слева, вдалеке.
А тучи! Тучи! – как из драм Шекспира.
Медузы блюдцами катались на песке,
И вскрыты устриц черные квартиры.
И рядом – ты. Из пены. Из ребра.
Я целовал тебя, а ты – ты клятв просила...
Ах, черт! Ну почему ты так добра!
Я принц. Я коронованный рассыльный.
Напыщенный тщеславный воробей,
Я расчирикался волшебными словами.
Теперь мне их не вспомнить – хоть убей!
Да и тебя, я в общем, забываю.
Письмо. Твое. Упреки и укоры.
Развернут старой пленки поясок...
... Как сытый кот, у ног урчало море,
И волны чинно шлепались в песок...