* * *
На цветок ли взгляну придорожный
Иль с печалью своей осторожной
Прикоснусь к дорогому лицу –
И зелёной травинке поверю,
Шуму, шороху, птице и зверю
В заповедном осеннем лесу…
Деревенским утрусь полотенцем,
Улыбнусь старику и младенцу,
Всей округой безмерно богат,
Вспомню райские детства полати,
Поцелую Серёжу и Катю
И пойду по тропе на закат.
Слышу: Лета шумит или Кама,
То ли батя зовёт, то ли мама –
Надо к вечеру дров наколоть…
Изначально мы все заповедны
И живём ни богато, ни бедно
Под твоей благодатью, Господь!
СОН ЮБИЛЯРА
А старому солдату
(он в службе знает толк)
Попасть бы – хоть по блату –
В Бессмертный полк…
Ровесник Победы не вечен.
Ему уже семьдесят пять.
Он ждёт неминуемой встречи
С архангелом. Двигаться вспять
Не следует. Царственным словом
Да будет помилован он!
Попросится в войске Христовом
Служить в запасной батальон.
Но скажет солдату привратник:
- Вас много, таких удальцов,
И ты не единственный ратник.
Спроси воевавших отцов!
Они испокон и поныне
Небесную службу несут.
Отец твой словечко о сыне
Замолвит, - возможно, возьмут…
И батьке кричу я под утро:
- Возьмите хоть сыном полка!
Отец мой ответствует мудро:
- Возьмём! Не спешил бы пока…
* * *
Виктору Буланичеву
На родине славно живётся –
Я здесь не чужой человек.
Тропа моя не оборвётся:
Отсюда и в небо - навек.
На родине трудно живётся.
Вокруг «то гульба, то пальба»*.
И в каждом из нас отзовётся
Всеобщая эта судьба.
В лучах фейерверков победных
Хотелось бы душу не злить
И мир на богатых и бедных,
На добрых и злых не делить.
Сомкнётся над родиной бремя
И вновь закружит вороньё –
Со всеми или не со всеми
Пойдём на защиту её.
А в час, когда русское семя
Взрастёт в заповедном краю,
Отпразднуем вместе со всеми
Победу в небесном раю.
*Булат Окуджава
ФАНТАЗИЯ ДЛЯ СЫНА
Протенькает птица-синица,
Помолится бабка в углу:
Пора бы грибам появиться –
Дожди повернули к теплу.
Походкой своей молодецкой,
Тропинка вдоль Камы – не крюк,
По солнышку в лес боровецкий
С лукошком направится внук.
Он знает от бабки с пелёнок,
И глаз у него, как алмаз:
Вон в ельнике мелком - маслёнок,
Вон грузди зарылись под вяз.
Берёзы, осины… Понятно,
Какие меж ними грибы.
А лучики солнца, как пятна,
Сквозь листья летят на дубы.
В траве, под корою липучей
Гляди-ка – крепыш-боровик
Красуется шляпкою с кручи,
Осанкою чем не мужик?
А рядом лисички. Неплохо!
Лукошко-то с верхом полно.
Отменная будет жарёха!
И бабушка ждёт уж давно…
Сквозь долгие годы в окошко,
У жизни почти на краю
Смотрю я на сына с лукошком,
На бабушку, маму мою…
* * *
Кама предосенняя волнуется,
Ветерком подёрнута слегка.
Как мужчина с женщиной целуются
В небе надо мною облака.
Здравствуй, август! Словно друг единственный,
Ты мне дорог, светел и пригож.
В лес войду – он хвойный, он и лиственный,
На картины Шишкина похож.
Радуюсь, что лето не последнее
По реке плывёт за горизонт.
Я одет пока ещё по-летнему,
Но в руке, на всякий случай, зонт.
А перо, дай Боже, не затупится,
И желанья нет считать грехи…
Осень, чаровница и заступница
Надиктует новые стихи.
* * *
Каждому, кого люблю
Пока живу, пока надеюсь,
Молюсь Спасителю пока,
Пока теплом семейным греюсь,
Пока рождается строка…
Поскольку жизнь была большая,
Тебе, чьей жизнью дорожу,
Тропу земную завершая,
Я так скажу
При встрече в бездне мирозданья,
Среди неведомых стихий:
Прости за поздние признанья
И за напрасные стихи!
Всё в прошлом: скомканные речи,
Сомненья, споры, взгляд в упор,
Пусть только будет эта встреча,
И пусть продлится разговор!..
* * *
Выхвачу из толпы лицо
И запомню навек -
Больше не встретимся…
* * *
Мне 75 лет.
Я всё ещё бреюсь на ночь.
На всякий случай.
СЕКРЕТ ПОЭЗИИ, УСЛЫШАННЫЙ ОТ ДОНСКОГО РЫБАКА И ПОЭТА
АЛЕКСАНДРА НЕСТРУГИНА
Прост, как осенняя трава…
Уйди из дома
Искать волшебные слова –
Одно к другому!
Уединенье, речка, тишь:
Хоть плачь, хоть смейся!
Ещё мелодию услышь
Из поднебесья…
* * *
По зелени осень рябила,
Листвой золотою окрест.
И всюду краснела рябина –
Примета елабужских мест.
Поминки. А вслед – именины,
Когда улетят журавли.
И гроздья созревшей рябины –
Примета всей русской земли.
Стою, зацепившийся взглядом
За куст на вечерней заре:
Есенин, Цветаева – рядом.
Они родились в октябре.
Стихами настолько открыты,
Что недалеко до беды!
Окою и Камой омыты
Недолгих прощаний следы.
Все наши восторги и слёзы
Окрасила вместе заря:
Есенин, а рядом – берёза,
Марина – рябина. Не зря…
* * *
Август мой звездопадный –
Осенины любви,
В сумрак рощи прохладной
Ты меня позови…
Вздрогнет тонкая ветка,
Кисть рябины храня.
Здесь Галинка и Светка
Целовали меня.
Ретивое балует,
Будто было вчера.
Нежных тех поцелуев
Миновала пора.
Ни о ком не тоскую,
Ни о чём не грущу,
Будто тропку какую
В детство-юность ищу.
Вдаль смотрю от излуки
И бреду, не спеша.
С кем-то после разлуки
Ищет встречи душа…
* * *
Взгляд из прошлого ныне редок,
Но и он будоражит страсть.
Полюби меня напоследок
И позволь от других украсть!
Ты по-прежнему мне родная.
Верь, не вверь – не об этом речь.
Оборвётся тропа земная,
А за нею не будет встреч,
Поцелуев, волны восторга,
Как по клавишам плеска рук.
Помнишь, осень для нас исторгла
Флейт небесных прощальный звук?
Он, единственный не напрасный,
Вновь возник из былых глубин
В этот вечер, сухой и ясный,
Как елабужский цвет рябин.
* * *
Как в разлуке о сыне
Плачет мать на юру,
Голосили осины
На осеннем ветру.
Где любовь обещала
Над поляной звезда,
Наступило прощанье
Навсегда, навсегда.
На тропинку к оврагу
Сыпал листья вослед
Мой единственный август,
Всё сводящий на нет…
* * *
Вдруг вспомнится перед сном,
И сердцу светлее станет,
Как женщина за окном
Мальчишку к себе поманит.
И лягут – в руке рука.
Мальчишке пора приспела.
А женщина, как река,
Не знающая предела.
И ласки её волна,
Её в небеса теченье
Поднимет его со дна,
иное откроет зренье.
Восторга победный крик –
Мальчишка очнулся мужем!
Его пробужденья миг
Всему мирозданью нужен.
О ком ты, моя строка?
О женщине, знамо дело,
Ведь женщина, как река,
Не знающая предела…
ГРАЖДАНСКИЕ МОТИВЫ
Я ни в бандах, ни в партиях не был,
И с закваской славянской в крови
Уповаю на Землю и Небо –
На истоки вселенской любви.
И, причастностью к слову владея,
Верю «Тихому Дону» вполне –
Кто за волю, а кто за идею
Погибал на гражданской войне.
Толерантностью я не страдаю,
Русский квас, а не колу люблю.
Я по-русски смеюсь и рыдаю,
И о милости Божьей молю…
Я родился в советской России.
Кто-то скажет: квасной патриот…
Развалили, меня не спросили,
Всех республик надёжный оплот.
Про советскую власть настрочили
Много всякого (я в том числе),
Но учили меня и лечили
Не за деньги на отчей земле.
С властью спорил. И рот затыкала
Мне цензура за взгляды на мир.
Но бесплатно – ни много, ни мало –
Поменял я с десяток квартир.
Мне хватало - и спорить не надо,
Сочинитель, душой не криви! –
И отцовского строгого взгляда,
И святой материнской любви…
Счастье - детства счастливые годы
В нашем послевоенном селе:
Воля вольная выше свободы
На советской, колхозной земле.
Жив отец, и за нами – Победа!
Песни пой, ни о чём не тужи,
Но и помни - судили соседа
За три пуда украденной ржи…
Величавой походкой коровы
Шли из стада домой вечерком,
И бесплатно солдатские вдовы
Нас поили парным молоком.
Не ослепла она, не оглохла,
Наша память – не рвите рубах!
До сих пор молоко не обсохло
У погодков моих на губах…
Что же ныне? Окошко в Европу
Для того ль прорубил государь,
Чтобы девки гламурная попа
Там торчала – хоть плёткой ударь?!
Чтоб на Невский проспект, на Тверскую
По обломкам берлинской стены
Повалили, по-хамски ликуя,
Гей-парады – привет Сатаны?
Кто пустил вакханалию эту
Пировать на отцовской земле?
Иль мужей государственных нету
В самом главном - Московском - Кремле?
Я росой луговою умылся,
Я крестьянскою вольницей зван!..
За Отечество здравого смысла
Поднимаю гранёный стакан!
За Россию! За нашу Победу!
За порядок в семье и в стране!
А в Америку я не поеду.
Не хрен делать в Америке мне!