ШЕСТЬ СОТОК
Как будто отпустили беды,
В полях и небе мирный гул.
Он рано встал и в День Победы
Друзей ушедших помянул.
Летели годы, шли парады,
Опять то ливни, то пурга.
В шкафу солдатские награды,
В чужой земле – его нога.
И в доме не было излишка,
Но радость всё-таки была:
Шесть соток – грядки и домишко,
И всё дела, дела, дела…
Хозяйка рядом, помогала,
Потом Господь её прибрал.
Земля цвела, земля дышала,
А он мотыжил и копал.
В рубахе белой, без пилотки
Ходил к колодцу в суховей.
Оборонял он эти сотки –
Кусочек Родины своей.
***
Я как будто в глубоком тылу,
Где ни брани, ни горя, ни грусти,
Здесь кадушка в прохладном углу,
И в кадушке солёные грузди.
Тихо так от росы до росы.
Вишня тонкая смотрит в окошко.
А за дверью с кукушкой часы
И до них половик, как дорожка.
Лишь трава да какой-то сорняк,
Не растёт в огороде капуста,
Поглядеть – ни людей, ни собак,
На единственной улице пусто.
Разрослись на погосте кусты,
Пожелтевшие холмики низки.
О разлуке напомнят кресты
И о правде земной – обелиски.
То ли я забрела не туда,
То ли родина где-то за краем.
Крест упал и ржавеет звезда.
Неужели себя забываем?
***
Всё где-то там, в какой-то стороне
Картавый шум и Спасские ворота.
Живые звёзды в маленьком окне
Хранят меня от злобного кого-то.
А мне бы этот час приколдовать,
Когда душа не просится на паперть,
И нет обид, и некого прощать,
И под тарелкой праздничная скатерть.
Цветы сегодня ярче за окном,
Мой тихий дом как будто ближе к бору,
И шлёпаю, укутавшись платком,
По длинному, как память, коридору.
Как много мне надарено с утра
И запахов и света за порогом,
Душа чиста – всё вымели ветра,
И я осталась с Родиной и Богом.
ИСЧЕЗАЮЩИЕ ДЕРЕВНИ
Мы сегодня с тобой неуклюжи,
Под ногами сухая листва,
На пути то ухабы, то лужи,
До калитки по пояс трава.
И, пробравшись, калитку открою,
И поглажу сухие стволы…
Окна старые вровень с землёю
И обшитые тёсом углы.
С ощущеньем какой-то утраты
Я коснусь потемневшей резьбы,
Снеговик из бумаги и ваты
Встретит нас за порогом избы.
Над кроватью, такой старомодной,
В рамке простенькой чей-то портрет.
Три ступеньки к лежанке холодной
И пустой, нараспашку, буфет.
Люди добрые, дом умирает!
Мы, продрогшие, ищем ночлег.
... В тишине, где так рано светает,
Пять старух доживают свой век.
ПОЭТЫ
Поём о звёздах и туманах луга,
Как поездами манит нас вокзал.
Кто слышит нас? А слышим ли друг друга,
Летящие на лучший пьедестал?
Шумим, шумим… Отпугиваем думу.
Остались мысли, ссыпаны в мошну.
Мы всё шумим и так привыкли к шуму,
Что разучились слушать тишину.
Луна в окошке, ситцевая шторка.
Из года в год то снег, то комарьё.
Мы здесь затем, чтоб всматриваться зорко
И молвить слово – светлое, своё.
Всё это нам – терзания людские,
И потому поменьше дан ломоть,
И не смолчать, когда молчат другие.
Перо и лист доверил нам Господь.
СМЕРТЬ СТАРУШКИ
Часы, минуты – как их мало,
И думы, думы о былом…
Всё снимки прошлые искала
В комоде стареньком своём.
Нехитрый скарб перебирала,
Как утешалась от обид.
Невестка толстая ворчала,
Что много света нагорит.
Она задумалась немного,
Рукой махнула на дела
И в новом платье, у порога
Оставив тапочки, ушла.
И странной виделась разлука:
Стоит комод, но из угла
Уже ни шороха, ни звука.
И снова день… Она ушла.
Как будто соль купить забыла
Или ещё чего купить
И дверь тихонечко закрыла,
Чтоб никого не разбудить.
БУДЕМ ВРАТЬ
Так живём, и враки не мешают,
Лесть везде, картина такова,
Что свободно по миру гуляют
Липовые справки и слова.
Врём кому-то, чтоб привлечь вниманье,
И, увы, неправедным путём
Получаем от других признанье.
Мы признанье, в общем-то, крадём.
По привычке, что ли, гнётся шея,
Нелегко, но нужно подыграть,
В кабинете чьём-то, не краснея,
За рубли в конверте будем врать.
За значки, за грамоты на стенах,
Чтоб на лире далее бряцать,
И душа, погрязшая в изменах,
Потихоньку станет погибать.
Будем врать за премии большие,
Перед властной кликой мельтеша.
Мы-то настоящие – какие?
Хоть маленько светится ль душа?
***
Всё поля вокруг да огороды,
Парится в заварнике чабрец.
Кольцами стянули сердце годы.
Сколько же осталось тех колец?
Голова под шапкой всё белее,
Снова снег и лужи у крыльца.
Вот ещё кольцо, и тяжелее
Под лопаткой левой от кольца.
Для чего-то копятся печали,
И земным печалям нет конца,
И смотрю в заоблачные дали,
И боюсь последнего кольца.
Каждый год, увы, всё разудалей.
Всё больнее выстраданный стих.
Наверху не может быть печалей.
А смогу ли, грешная, без них?
ПОЭЗИЯ
Забыть слова на месяцы, на годы,
Отшевелив губами, замолчать,
Остаться дома из-за непогоды
И не суметь ненастье обругать.
Смотреть в окошко на кресты и флаги,
Копить печали, словно вызревать,
Водить пером впустую по бумаге,
И вспоминать слова, и вспоминать.
Отгоревать, отплакать, отсмеяться.
Но вырвутся из снежной целины
На белый свет – как заново родятся –
Лишь те слова, которые нужны, –
Невычурные, самые простые,
И вспыхнет свет божественный в ночи,
И сбудется – заговорят немые.
Утихни, каждый, слушай и молчи!
***
Не дай мне, Боже, видеть трон
С усевшимся на нём нахалом,
И служек, каждый с опахалом,
И всех спешащих на поклон.
И с трона милости не дай,
Подальше бы от злого глаза,
Чтоб не коснулась, как зараза,
Рука простёртая – «Лобзай!».
Пускай бы благостные сны,
Чтоб ни злодея, ни кумира,
О дай мне, Боже, тишины,
О дай нам всем добра и мира!
***
Бесславная, обычная, проснусь,
Зажмурюсь я от утреннего света.
Я почестей и титулов боюсь –
За ними не видать уже поэта.
Когда как все земные – значит, жив.
Я сыплю одиночество по ложке,
Автографы однажды невзлюбив.
Всё легче расписаться на платёжке.
Всё для души – грибами полон лес,
Тропа к нему, иду себе непрытко,
И каждый день – как будто до небес
Достать рукой ещё одна попытка.
ОБЪЯВЛЕНИЕ
Тёплых слов бы, тёплых взглядов,
Но простужен этот мир.
Утепление фасадов,
Утепление квартир.
От дождя и снегопада,
Чтобы стужу побороть,
Установят всё, что надо,
Обогреют нашу плоть.
Вышли мы – и не чихнули,
В суете, да всё шутя,
Там хромого подтолкнули,
Тут обидели дитя.
Всё расчётно и платёжно,
Взял бумажку – и пиши.
Это сложно, очень сложно –
Утепление души.
***
Не сбежать от непогоды
В этом городе большом.
Дождик дряблый. Пешеходы,
Каждый под своим зонтом.
Небо хмурое над ними,
Пешеходы тут и там,
Каждый с мыслями своими,
По своим спешит делам.
Жёлтый лист к асфальту липнет,
Выйдет кто-то под зонтом,
И послышится, что всхлипнет
Жёлтый лист под каблуком.
Осень лада насулила,
Под дождём хожу, дышу,
Отбоялась, отспешила
И сегодня не спешу.
Будто шаг в обличье новом
Замедляю до креста.
Я всё та же, с добрым словом,
И впервые без зонта.